Развитие детей ЭСТЕР
Облачный рендеринг. Быстро и удобно
от 50 руб./час AnaRender.io
У вас – деньги. У нас – мощности. Считайте с нами!
Статьи Конспирология Кроули Элементы Геополитика Наш путь Finis Mundi Стихи

public/vtor/vtor18.txt

номер 18

“Сакральное — это обнаружение реальности, которое спасает нас, дает смысл нашему существованию. ”

Мирча Элиаде



кафедра геополитики
А.Дугин

УКРАИНА ИЛИ ИМПЕРИЯ?

1. Ратификация договора Москвой

25 декабря 1998 года Государственной Думой РФ на утреннем заседании было принято важное решение “О ратификации Договора о дружбе, сотрудничестве и партнерстве между Российской Федерацией и Украиной”.

Это очень важный юридический документ, имеющий колоссальное значение для геополитического будущего России и вызвавший в обществе множество споров.

Для того, чтобы понять его содержание необходимо сделать экскурс в геополитическую картину мира.

2. Кратко о главных геополитических силах

Основными противодействующими силами являются атлантистский и евразийский блоки. В центре атлантизма стоят США, в центре евразийства — Россия, “срединная земля”.

Между ними разворачивается позиционная война за судьбы мира. Основной долгосрочной программой России является континентальная интеграция, создание материкового евразийского пространства от Токио до Азорских островов. Задача Москвы — расширить свое стратегическое влияние на Восток, Запад и Юг. Задача атлантистов (НАТО), напротив, заключить Россию-Евразию в кольцо анаконды. (Подробнее об этом в учебнике А.Дугин “Основы Геополитики”, М, 1998)

Москва вместе с перестройкой отказалась от своей миссии, сдалась врагу в одностороннем порядке. Это было самым настоящим геополитическим преступлением. Ему нет ни вразумительного объяснения, ни оправдания. Нет сомнения, что ликвидаторы будут осуждены русской историей в самом ближайшем будущем.

3. От Империи к региональной державе

Отказавшись от евразийской миссии Россия, стала на путь создания региональной державы. Вопреки настроениям большинства, выраженным на мартовском референдуме 1991 года, антинародная коалиция либералов стала на путь ликвидации евразийского образования имперского типа — как бы его ни называли “СССР” или “Российской Империей”.

Так по вине атлантистского лобби в Москве, — Козырев откровенно признавал себя атлантистом, — по вине Президента и русофобской клики в Кремле и в СМИ, появились новые независимые государства. В том числе и Украина. Сама же Россия отказалась от имперско-евразийской континентальной миссии и стала “укреплять региональное значение”. “Укреплять” на словах, на деле сепаратистские процессы перенесены и на РФ.

Это был поворотный и самый страшный момент отказа от своей геополитической миссии, чудовищные плоды которого мы пожинаем сегодня.

4. По разные стороны геополитических баррикад

В СНГ у всех государств было отныне два выбора — либо вернуться к евразийскому проекту, либо примкнуть к НАТО. В каждом государстве есть как евразийские (промосковские) тенденции, так и антимосковские , самостийные, а по сути проамериканские. Сам факт деления геополитической карты мира на два лагеря делает отказ от Москвы автоматическим шагом в сторону атлантизма.

Следовательно, одно только существование “суверенной Украины” уже есть шаг в сторону атлантизма. Но не украинский народ за это ответственен, а подрывные элементы и инородческие группы, не заинтересованные в общей евразийской судьбе, а также геополитические агенты влияния Запада, вышедшие на стратегические позиции как на Украине, так и в самой России.

Как только Украина выпала из евразийского пространства начались проблемы. Проблема Крыма, который был передан Хрущевым Украине лишь в административное упоравление, проблема русскоязычного населения Украины, проблемы таможенных пошлин и платежей за энергию, проблемы автокефалии Украинской Церкви и т.д. Став двумя различными государствами, Россия и Украина стали по разные стороны геополитических баррикад. Но их функции различны. Россия по определению даже в урезанном виде продолжает оставаться центром Евразии, а Украина начинает выполнять роль “санитарного кордона”, становится форпостом НАТО, отсюда, совместные с НАТО учения и постоянные угрозы вступить в стратегический союз с Западом через голову РФ.

5. Москва еще не до конца осознала себя сердцем Евразии


Ситуация осложняется тем, что Москва все еще не до конца осознает и признает свою геополитическую миссию. Правда сегодня в этом вопросе ситуация намного лучше. Премьер Примаков стоит на умеренно евразийских позициях. Спикер Государственной Думы — Геннадий Селезнев — убежденный сторонник интеграции, евразиец, патриот. Таких же позицию придерживается в целом и спикер Верхней палаты Егор Строев. Руководитель нынешней администрации Президента Бордюжа также не чужд определенного патриотизма и евразийства. Даже сам Президент, бывший виновником стольких геополитических бед, сегодня под давлением обстоятельств вынужден идти на интенсификацию союза с панславистом и евразийцем Лукашенко.

Но все равно в отношении евразийского курса российской геополитики не существует единодушия ни в обществе, ни в высших эшелонах власти. Еще сильны радикальные враги России-Евразии, “правый центр” атлантистов-проамериканской ориентации (один А.Н.Яковлев чего стоит). Еще сидит в Думе откровенный атлантист Явлинский (член “Трехсторонней комиссии”, своего рода “легат мирового правительства”), еще силен Борис Березовский (усиленный аналитическим центром антифашиста Кургиняна), еще руководит важной отраслью американист Чубайс.

И в такой ситуации, когда геополитика Москвы еще не определена, встает вопрос о ратификации договора между Россией и Украиной.

6. Аспекты договора

Этот договор является двусмысленным. С одной стороны — и это позитивно — он упоминает от союзнических, стратегических отношениях, а с другой стороны юридически фиксирует тот факт, что Россия отказывается от территориальных претензий к Украине.

Позитивную сторону договора в ГосДуме акцентировал Министр Иностранных Дел Иванов, выступавший от имени Президента, и проводящий линию умеренного евразийца Примакова. В своей парламентской речи Иванов акцентировал “необходимость сближения между Москвой и Киевом”, указал на компромиссный характер договора, но при этом пояснил его как своего рода “меньшее из зол”, так как дружелюбный жест Москвы усилит позиции интеграционистов в самой Украине и ослабит позиции самостийно-пронатовской группы.

Приблизительно такой же логики придерживался и Геннадий Селезнев, рассматривающий данный шаг как промежуточный момент евразийского проекта. С точки зрения такого евразийца как спикер Селезнев, “сосуществование двух региональных держав России и Украины вообще является патологичным и необходимо идти напрямую к единому евразийскому федеральному организму”. Иными словами. Слезенев, а также Иванов, Зюганов и иные патриотические сторонники ратификации Договора между Москвой и Киевом руководствуются сверхцелью грядущей евразийской интеграции, в которой Украина станет важной частью континентальной конструкции.

Эта евразийская логика возобладала в Думе в результате голосования. 243- “за”, против - “30”.

7. Парадоксальное совпадение позиций у геополитических антиподов

Но к этому примешивался иной факт. Вместе с патриотическими евразийцами “за” проголосовали и откровенно подрывные атлантистские элементы. Арбатов и “Яболоко”, которые руководствуются не российскими геополитическими приоритетами, а логикой атлантизма. С их точки зрения, признание суверенности Украины в нынешних границах, если в дальнейшем Украина останется региональным государством, ослабит позиции России, ограничит ее возможные рычаги давления. Иными словами, принятие договора было выгодно и атлантистскому крылу Госдумы.

Если стратегическое партнерство не приведет к более широким интеграционным процессам, то данный договор окажется актом, по которому Москва сдает свои позиции в отношении “санитарного кордона” державе, по объективным причинам вынужденной (в случае своей самостийности) рано или поздно стать плацдармом для НАТО, т.е. для основного геополитического противника России.

Именно этот момент подвергся критике тех патриотов, кто принимают неизбежность сосуществования России и Украины как двух региональных государств. Это — Тихонов, Бабурин, Жириновский. Эта группа в данном случае выражает позиции неевразийского патриотизма, т.е. точку зрения тех патриотов, которые смирились с распадом евразийской державы, отказались от интреграционизма и согласились рассматривать Россию как обычное региональное государство со своими локальными интересами.

Таким образом, в украинском вопросе столкнулись между собой малый патриотизм (противники ратификации), большой патриотизм, евразийство — патриотические сторонники ратификации Селезнев, Зюганов, Иванов (за которым стоит Примаков и администрация Президента) и прямые агенты влияния атлантизма — “Яблоко” .

8. Киев-Москва: формула русской государственности

Теперь обратимся к исторической и геополитической картине, которая сделала возможной саму постановку вопроса о союзе, единстве или наоборот, отсутствии союза и единства двух братских славянских народов — русского и украинского.

Соотношение Киева и Москвы дает геополитическую формулу русской государственности.

Когда Русь была мононациональным (не путать с моноэтническим) государством, столицей был Киев. Это была типичная конструкция восточнославянского государства, входящего в сферу духовного влияния Византии. Конечно, и тогда уже лучшие русские люди — к примеру, митрополит Илларион, первый славянин занимавший киевскую кафедру — пророчествовали о грядущем величии Руси, о том, что последние станут первыми. Русские приняли крещение позже других народов — последние, но им суждено было Илларион стать первыми в истории христианства (когда пал Консантинополь, миссия спасения мира перешла на наш русский народ, на Московское царство, на Русскую Православную Церковь).

Потом последовало иго, раздробленность, и от татар Русь восприняла новый имперостроительный импульс.

Московское царство стало радикально иным геополитическим образованием. Это было более не национальное государство, а Евразийская Империя с православной идеологией византизма и ордынским хозяйственным, военно-стратегическим централизмом.

Перемещение центра тяжести от Киева к Москве было важнейшим этапом. Это был переход от Руси как национального государства к Руси-Империи, Руси-Евразии.

Геополитическая роль Киева существенно изменилась. Малороссия, колыбель государственности русских, стала Окраиной, Украиной. Причем по ряду обстоятельств часть малороссийских земель — особенно западные попали под устойчивое геополитическое влияние Средней Европы. Иными словами, начиная с определенного момента Киев становится проводником западнических тенденций. Это уловили православные атворы уже с XVII века. В “Книге о Вере” Захария Копыстенскый уже провидит, как через Украину приходит на Русь великая беда — отступничество от истинной Православной Веры, униатская и католическая ересь.

В Москвоский период Киев постепенно стал играть антиевразийскую роль в русской истории. Отсюда берут начало “антимоскальские тенденции”, зачатки “малороссийской идеологии”, чьим религиозным ферментом стало униатство, а культурным “европеизм” в сочетании с особой антиевразийской, антивеликоросской версией славянского малого национализма.

Злосчастные реформы Никона были во многом спровоцированы этой малоросской линией, и прагматической задаче расширения границ была принесена в жертву богословская и культурная уникальность Русской Церкви, русского обряда, сама Московская Идея. Самыми радикальными защитниками этой Московской Идеи выступали вслед за протопопом Аввакумом старообрядцы.

Перенесение столицы из Москвы в Петербург было иной версией западничества. Отказом от последовательного и сознательного евразийства, свойственного именно Москве как Идее, Москве как евразийскому полюсу. Но это — другая тема.

Для нас важно, что Киев — является символом национального государства, региональной державы, а Москва — символом Империи, евразийского интеграционного ансамбля.

Киев — это прошлое, Москва — настоящее и будущее.

Важно, что сами великороссы образовались именно как евразийский интеграционный этнос, не просто как самая восточная ветвь славян, а как уникальное культурно-религиозное, этногосударственное образование, вбирающее в себя на этническом уровне не только собственно славянский, но и татарский и финно-угорский элемент. Великоросская (московская) идея не просто идея какой-то одной национальности — как например украинская идея. Великоросская идея и миссия великороссов — т.е. подлинных русских — в том, чтобы утвердить колоссальный планетарный идеал, великую Правду, осознанную как Евразийская Империя Солнца, Империя Справедливости.

Киевская идея — более ограниченная, более европейская, менее универсальная, менее глобальная. В мессианском идеале Москвы последовательные малороссы, малороссы не по этническим признакам, а по идеологии, видят лишь имперские амбиции и колониализм.

Свой же идеал малоросский идеал они видят , напротив, в довольно усредненной форме. Как “смелкобуржуазный” идеал “благополучия”, “достатка”, “рачительности” и т.д..

Идея великороссов, т.е. нас — Великая идея. Идея малороссов — малая.

9. Великоросс, малоросс — выбор культурного типа

Русские евразийцы — самые интересное направление в философской мысли России ХХ века — были убежденными сторонниками Великой Идеи, москвоцентризма. Но этнически почти все они были малороссами — Савицкий, Трубецкой, Сувчинский. И когда самостийники нападали на их интеграционистские проекты, они говорили о своем малороссийком происхождении, которое не помешало им стать на сторону великоросской евразийской истины.

В нас, русских, сложно отыскать чистую кровь — малороссы, великороссы, татары, угры, иные евразийские этносы перемешаны в истинно русском человеке. Это не наша болезнь, это залог нашей уникальности, нашего универсализма, нашего величия. Достоевский называл русского человека “Всечеловеком”. Этот относится только к великороссу — к великороссу по духу. Поэтому выбор между Москвой и Киевом это не этнический выбор, но выбор Идеи, выбор геополитической Родины, выбор скорее духовный и религиозный, нежели расовый.

Сторонники исключительно российского регионального государства, отказывающиеся от евразийского проекта, акцентирующие узкоэтнический великоросский национализм, сами ведут себя как “украинцы”. Их национальная Россия всегда будет малой, “Мало-Россией”. И таким же малым и скромным рано или поздно станет их национальный идеал.

10. Евразийский императив — единство любой ценой

Разъединенность двух государств — России и Украины — выгодно только атлантистам, врагам славянства, врагам нашего Идеала. Нас хотят столкнуть лбами атлантистские стратеги, противники Великой Евразии. И всякие самостийники как бы они ни аргументировали свои позиции — причем самостийники с обоих сторон и российские “малые русские” и “малые русские Украины — они объективно играют на руку заокеанским врагам, антихристу “нового мирового порядка”.

В отношениях между Москвой и Киевом должен быть установлен строгий приоритет. Только общее евразийское континентального Государство, только объединяющая универсальная московская идея.

И на самой Украине у такого проекта есть множество потенциальных или актуальных сторонников. Это и 11 миллионов чистых великороссов, и это большинство православных малороссов, это и объективные советские евразийцы, которыми являются все люди с социалистическими симпатиями. Даже самые радикальные самостийники и украинские националисты, которые обладают сознанием, что атлантистский Запада несет смерть всем национальным культурам, всем традиционным ценностям, даже и они ради высокого идеала Традиции и понимая объективные закономерности геополитики должны стать сторонниками евразийского объединения, Новой Империи, Империи Света и Правды, против колониального “нового мирового порядка”, несущего вырождение, обнищание, гибель и ложный свет капитала всем народам и нациям земли.

Победить атлантистское зло мы сможем только в едином строю.


интифада повсюду
Я.Гэйл

МЕСТЬ В АФИНАХ



Пока только две организации вне территории Ирака позволили себе дать США прямой вооруженный ответ. Известна акция йеменского отделения “Исламского Джихада”, в результате которой погибло несколько граждан стран--агрессоров, но за ней вскоре последовала и другая — мощные одновременные взрывы нескольких отделений американских и британских банков в Афинах. Ответственность за взрывы взяла на себя популярная среди греческого студенчества анархистская группа “Революционные ячейки” и хотя акция была идеально выдержана в духе “показательного терроризма”т.е. без человеческих жертв, наше НТВ в вечерних новостях говорило об этом, как о небывалой для Европы варварской акции. В ту ночь осколками стекла, металла и бетона запорошило прилегающие к банкам кварталы, охрана, размещенная на верхних этажах, испытала тяжелый шок, сигнализация припаркованных на соседних улицах машин, перебудила пол-города. Совершенно непонятно, как удалось заминировать сразу несколько профессионально охраняемых банков. В своем заявлении “Революционные ячейки” объяснили, что рассматривают военную операцию в Персидском Заливе как один из вариантов экономической войны, которую ведут США против всего человечества, готовится серия актов возмездия, неправленных прежде всего против американского капитала и его символов в Европе. Население предупреждалось, что следующие акции не будут столь бескровными и “физическое приближение к местам скопления и оборота долларов отныне опасно для вашей жизни”. Интерпол и греческие спец.службы начали беспрецедентную охоту на молодых мстителей, задействовано телевидение, радио, вся система доносителей и даже родительские собрания в школах, однако, пока усилия властей безуспешны. Греческая пресса объясняет это “ необъяснимой симпатией части населения к бомбометателям”. Открыта компания по их дискредитации, для этого публикуются анонимные статьи, доказывающие, что “Революционные ячейки” это не политическая группа, а тоталитарная секта. В ответном заявлении неуловимой антиамериканской организации говорится:” Общество, оправдывающее международную агрессию и государство, подчинившееся мировой олигархии, само достойно того, чтобы называться тоталитарной сектой, морально насилующей своих граждан”. Из общего тона заявления видно, что мондиалистам в ближайшие недели стоит ждать новых показательных акций на территории Греции.