ВОПРОСЫ-ОТВЕТЫ


Мартин Морозов

КУДА УШЛА МАГИЯ?

В суровые времена древности каждое деяние было осмыслено, каждый поступок был обоснован теми или иными внешними предпосылками. И каждое событие расшифровывалось магами и колдунами, а каждый предмет имел символическое значение, был наделен сакральным смыслом. С течением времён круг магических предметов и действий сузился; произошли чудовищные вытеснения магии из всех сфер жизни, и сами вещи перестали нести то высокое, магическое предназначение, которое они несли на себе в древние времена. Мы, как сомнамбулы, привыкли к механистическим действиям, но если спросить нас «зачем?», то врят ли мы сможем внятно ответить. В древности любое действие, которое не вписывалось в сферу естественных человеческих функций, считалось магией, колдовством. Современная «вторая природа» для древнего человека показалась бы магической, поскольку ее создание, спокойное и равнодушное проживание вместе с нею своей короткой жизни, — неестественно и страшно. Человек древний впадал в гипнотическое состояние от обстановки гораздо менее магической, чем наша современная. В его поле зрения попадали духовные и материальные объекты (которые также являлись отображением духовного мира), для нас незаметные. Мы не в состоянии освоить даже свой, физический мир, хотя полностью сосредоточились на нем, причисляя всё выходящее за рамки нашего понимания к мракобесию. Однако, то, что делает нас неестественными: компьютеры, телевизоры, радио, автомобили и т.д. — есть магия. Но эта современная магия (которая, на самом деле, лишь псевдо-магия) настолько широко распространилась, что теперь человек не чувствует настоящего присутствия магии в традиционных ее проявлениях, т.е. человеческий сенсорный мир огрубел. Но и современная «вторая природа» (псевдо-магия) тоже не вызывает у него трепета: смотрение в телеэкран или перелет через океан на воздушном лайнере воспринимается слишком естественно, как для кошки закапывание продуктов жизнедеятельности. Мы утратили сенсорное восприятие из-за постоянного самоконтроля. Когда накапливается критическая нервная масса, которая рождается из подавленой энергии, то мы предпочитаем снимать ее различными искусственными средствами (алкоголь, наркотики). Наща свобода, о которой мы самонадеянно говорим красивые слова на митингах — есть иллюзия до тех пор, пока мы реально не сможем с помощью некоторых иррациональных операций влиять на окружающую наглую эйкумену. Никакая имитация магического действия обывателем, который тупо говорит о «возрождении духовности», ни на йоту не изменит мира сего. Только активное меньшинство, готовое разорвать со «второй природой» и пожертвовать своей жизнью, достойно получить высшую награду. Мир дает только тому, кто выше его. Ничего не изменится, если мы станем смотреть на солнце через закопченое стекло. Необходимо превозмочь себя и взять солнце голыми руками. Сейчас поразительная ситуация, когда то, что в древности считалось магическим актом — является нормальным проявлением подённого существования; то, что было прежде сакральным — теперь является массовым. Тем не менее, даже профанное тяготение к запретным состояниям нисколько не отменяет магического напряжения и их сверхрационального измерения. В то же время, сейчас перевернулись магические полюса, и как результат — невозможность обрести полноценный опыт, пройдя через сомнительные ворота. Поэтому, может идти речь даже о предпочтении атеизма многим сомнительным культам, ведь дурное множество путей еще не открывает истинных ворот. Самым мудрым лучше оставаться в лоне православной церкви, или той традиционной веры, которую они исповедуют. Когда песня Магомаева «Моей стране» зазвучит не как поэтическая метафора, а как абсолютная истина, имеющая место здесь и сейчас; когда реальность и поэзия сольются в андрогинное целое, — это будет означать, что мы победили.