МЕТААНАЛИЗ


Хаким Бэй

Анархия пост-анархизма

Ассоциация Онтологической Анархии собирается на тайное совещание; черные тюрбаны и поблескивающие халаты, все развалились на ширазских коврах потягивая горькое кофе, покуривая длинные чубуки. Вопрос: Каково наше отношение ко всем этим недавним побегам и уходам из анархизма (особенно в «Калифорния-Лэнд»): осудить или смириться? Очиститься от них или приветствовать их как авангард? Гностическая элита... или предатели?

Между трагическим Прошлым и невозможным Будущим, у анархизма, похоже, отсутствует Настоящее, как будто он боится спросить себя, здесь и сейчас: «Каковы мои истинные желания? И что я могу сделать пока не поздно?»... Да, представьте, что вы столкнулись с колдуном, который гибельным взглядом приводит вас в замешательство и требует ответить: «Каково твое истинное желание?» Вы запинаетесь и мямлите, прибегаете к идеологическим пошлостям? Обладаете вы Воображением и Волей, можете и мечтать и отваживаться - или вы просто поклонник бессильной фантазии?

В анархическом движении сегодня фактически не состоят черные, испаноязычные, коренные американцы или дети... Это несмотря на то, что в теории такие подлинно угнетенные слои должны получить больше всех от анти-авторитарного восстания. Может такое быть, чтобы анархизм не предлагал никакой конкретной программы, в которой бы по-настоящему обездоленные могли найти удовлетворение своих жизненных нужд и чаяний (или, по меньшей мере, реалистично бороться за их удовлетворение).

Возможность существует. Теперь с каждым днем большие количества американцев начинают понимать, что их насильно кормят зарядом реакционной, скучной, истеричной, искусственно приправленной смеси. Многоголосый хор стонов пукания и рыгания... Злые сборища шляются по улицам разбивая и грабя... и т. д. и т. п. Черный стяг мог бы стать вехой для нарушителей и направить их на мятеж Воображения. Мы могли бы подобрать знамя борьбы там, где оно было брошено ситуационизмом в 1968 году и «Автономией» в семидесятых, перевести борьбу на следующий уровень. Мы можем начать мятеж в наши времена, и в ходе его, мы можем осознать многие наши Истинные Желания, даже если это на небольшой срок, для краткосрочной Пиратской Утопии, некой свободной зоны - искривления в старом пространственно-временном континууме.

Вот наша программа, товарищи: Работать над тем, чтобы психический расизм заменил открытое притеснение как одну из самых отталкивающих особенностей нашего общества. Воображаемое участие в других культурах, особенно тех, представители которых живут рядом с нами. Отказаться от идеологической чистоты. Взять на вооружение анархизм «третьего вида» (пользуясь лозунгом Черного Боба): ни коллективистский, ни индивидуалистический. Убрать храм пустых идолов, избавиться от Ужасного Старика, мощей и святцев. Движение антиработы или «ничтожной работы» чрезвычайно важно, включая радикальные и, возможно с применением насилия, нападки на образование и крепостное право на детей. Развивать американскую самиздатовскую сеть, заменять устаревшие издательско-пропагандистские тактики на новые. Порнография и народные развлечения как двигатель коренного «пере-образования». В музыке гегемония 2/4 и 4/4 ударного должна быть сброшена. Нам нужна новая музыка, полностью безумная, но жизнеутверждающая, ритмически утонченная, хотя и мощная, она нужна нам сейчас. Анархизм должен отучить себя от евангельского материализма и пошлой, плоской учености 19-го столетия. «Высшие состояния сознания» не просто привидения, придуманные злыми священниками. Восточные, оккультные, племенные культуры обладают приемами, которые могут быть «позаимствованы» в истинно анархическом подходе. Без «высших состояний сознания» анархизм кончается и исчерпывается в виде горя, плаксивой жалобы. Нам нужен применимый род «мистического анархизма», свободного от всяких Нью-Эйджевских дерьма и шинолы, непреклонно еретического и анти-клерикального; жадный до всех новых технологий сознания и метанойи - демократизация шаманизма, как спокойного, так и с применением горячительных средств. Сексуальность подвергается нападению, открыто со стороны правых, более тонко со стороны псевдо-авангардного движения «пост-сексуальности» и даже еще более тонко с помощью решительного ее возрождения в СМИ и рекламе. Время для большого шага вперед в осведомленности о сексе, взрывоподобного переутверждения многогранного Эроса - даже особенно перед лицом чумы и тьмы - буквального прославления чувств, учения об удовольствиях. Отбросить всемирную ненависть и стыд. Проводить опыты с новой тактикой, чтобы заменить устаревшее наследие левой идеологии. Подчеркивать практическую, материальную и личную выгоду от радикальной подпольной работы. Времена не кажутся благоприятными для применения насилия или воинственности, но точно, что немного саботажа и образного искажения всегда к месту. Интриговать и устраивать заговоры, а не сучиться и жаловаться. Мир искусства в большей степени заслуживает дозы «Поэтического терроризма». Присущая пост-индустриальному обществу дезориентация в пространстве дает кое-какие выгоды (например компьютерные сети), но может проявляться как род угнетения (бездомность, расслоение, архитектурное обезличение, стирание природы и т. д.). Коммуны 60-х пытались перехитрить эти силы, но проиграли. Вопрос земли по-прежнему на повестке дня. Как можем мы отделить понятие пространства от механизмов контроля? Территориальные бандиты - народы, государства заполонили всю карту. Кто может изобрести для нас картографию автономии, кто может начертить карту, включающую наши пожелания? Анархизм в конечном счете подразумевает анархию, а анархия есть хаос. Хаос есть начало непрерывного творения... И Хаос никогда не умирал.

(перевод Вячеслава Иванова)


ВТОРЖЕНИЕИЕ АРКТОГЕЯ