КАЛИНИНГРАДСКИЕ СЦЕНАРИИ

Александр Дугин

"Российская газета", 10 июля 2002, №124 (2992)


Нагнетание политической ситуации вокруг Калининградской области можно с уверенностью назвать продолжением процесса геополитического распада всего пост-советского пространства. С точки зрения геополитики, утрата контроля над смежными с Россией пространствами, даже теми, которые формально не входят в границы РФ, означает начало распада территориальной целостности и самой России. Это - единый процесс, который будет развертываться до тех пор, пока не натолкнётся на политическую волю к сопротивлению и обращению его вспять.

Ситуация с Калининградской областью является одним из звеньев продолжающегося распада геополитического пространства Евразии, а не просто отдельным эпизодом внешней политики. Калининградская область (Восточная Пруссия) вошла в состав России по результатам Второй мировой войны и является зримым следом Ялтинского миропорядка. В геополитическом смысле, перестройка и либеральные реформы в России привели к отмене Ялтинской системы и фактическому пересмотру результатов Второй мировой войны в планетарном масштабе. Фактически происходит ликвидация Советской (по наследию - российской) составляющей победы союзников. На месте двухполюсного американо-советского мира, делившего зоны влияния в Европе и Азии, пришёл однополярный американоцентричный мир.

Вместе с этим Объединенная Европа усилила свой совокупный потенциал. Сегодня решается вопрос о новом геополитическом мироустройстве, что, в свою очередь, порождает ряд вопросов:

Сможет ли США (атлантистский полюс) единолично осуществлять функции глобального контроля? Каковы место и роль Европы в "новом мировом порядке"? Каковы место и роль России в однополярном мире? Проблема статуса Калининградской области, сохранения её в составе РФ целиком и полностью зависит от того, какие ответы будут даны на эти, гораздо более глобальные вопросы.

Наиболее вероятными сценариями развития событий являются следующие:

Первый сценарий - евразийский (или многополярный): Евросоюз стремится увеличить свой геополитический вес, постепенно превращаясь в самостоятельную стратегическую и экономическую силу. Такое усиление возможно только с опорой на Россию - военный потенциал, ресурсы и международный вес которой являются необходимыми дополнительными условиями для достижения Европой подлинного геополитического суверенитета. Развитие событий в таком ключе в дальнейшем приведёт к многополярному мироустройству, где в вопросе планетарного контроля у США появятся полноценные партнёры (а возможно и конкуренты, но не идеологические, а геополитические) в Европе, Азии и Евразии в целом. Это будет означать продолжение интеграционных процессов в самой Европе, а так же интеграции Европы с Россией. Соответственным образом, промежуточная зона - полоса между РФ и Евросоюзом, будет превращена в пространство позитивной интеграции с учетом интересов обоих участников стратегического альянса.

Нетрудно предугадать, что при таком повороте событий статус Калининградской области должен быть встроен в эти долгосрочные перспективы российско-европейского сближения. Т.е. речь должна идти о предоставлении Калининградской области - как неотъемлемой части территории РФ - особого привилегированного (в таможенном, визовом, дипломатическом, экономическом смыслах) положения в рамках Евросоюза. Вся область совокупно должна осуществлять функции геополитического моста между Россией (Евразией) и Евросоюзом. При этом, для гармоничного развития всего процесса имеет смысл какое-то время сохранять юридическое статус-кво этой территории с акцентом на активное вовлечение европейских структур в возрождение всей территории области. В связи с особыми историческими условиями имеет смысл ускоренное налаживание на территории области процесса взаимодействия не просто с соседними восточно-европейскими странами (как правило слабо интегрированными в Евросоюз), но и с центральными административными структурами Евросоюза в целом. Учитывая весь глобальный контекст описанного сценария, мы вполне можем назвать такое решение калининградской проблемы - евразийским решением.

Второй сценарий - атлантистский (однополярный): США упорствуют в осуществлении единоличной глобальной доминации, настаивают на однополярности, препятствуют возникновению альтернативных геополитических полюсов, способных на достижение пусть ограниченного, но всё же геополитически существенного стратегического суверенитета. В этом случае для США жизненно необходимо создать препятствия для сближения между Евросоюзом и РФ, так как без этого альянса ни Объединенная Европа, ни Россия не смогут в ближайшей перспективе существенно укрепить свой совокупный геополитический потенциал. В таком случае США обязательно прибегнут к традиционной тактике "санитарного кордона", веками апробированной в Восточной Европе атлантистской Англией. Смысл "санитарного кордона" в предшествующие столетия состоял в том, чтобы предотвратить фатальный для стран Западной Европы (Англии и Франции) политический союз между Российской Империей и Германией (т.е. Центральной Европой). Пространство "санитарного кордона" должно быть сконфигурировано таким образом, чтобы постоянно генерировать политические трения между Центральной Европой и Россией, порождать конфликтные ситуации, нагнетать дисгармоничные цепочки взаимных территориальных претензий и т.д. Эта англосаксонская стратегия (древнее "разделяй и властвуй") неизменно давала свой эффект, результатом чего явилась расстановка сил и Первой и Второй мировых войнах, где неизменно проигрывали Германия (и косвенно Россия), а выигрывала Западная Европа (во втором случае - еще более западные, транс-океанические США).

Если будет реализовываться этот сценарий, то вся зона от Балтики до Черного Моря будет превращена в "пояс нестабильности", где третья сила (США) будет постоянно провоцировать и нагнетать противоречия между РФ и Европой (которая является на новом историческом этапе геополитическом синонимом Германии в прошлых столетиях). В этой ситуации становятся понятными сегодняшние проблемы Калининградской области. Так как с юридической точки зрения прямой реституции этих территорий в пользу Германии со стороны Европы требовать абсурдно, то напряжение будет нагнетаться иными способами. В данном случае особенно важно учитывать позиции смежных с Восточной Пруссией территорий, где находятся другие страны, потенциально составляющие ось "санитарного кордона" - в первую очередь страны Балтии и Польша. Не исключено, что в определенный момент будут задействованы и маргинальные националистические круги самой Германии. Повторим еще раз: такой поворот событий выгоден только "третьей силе", а отнюдь не Евросоюзу и тем более не России. Но вместе с тем, эта "третья сила" в данном контексте никогда не станет выступать открыто - США легко снимет все попытки укорить их в пристрастности к данному вопросу ссылкой на то, что это "сугубо европейская проблема". Однако, с учётом механизмов геополитического влияния США на политику и Европы и России, можно ожидать, что формальными носителями эскалации напряженности вокруг Калининградской области выступят именно европейцы при особо активном участии восточно-европейских стран, которые могут действовать в этом вопросе подчас и от своего имени. На это последует жесткий ответ "патриотических" сил в России (объективно подыгрывающих атлантизму), и "санитарный кордон" в очередной раз станет эффективным средством англосаксонской политики - российско-европейские отношения будут строго контролироваться через восточно-европейский пояс в выгодном американским глобалистам ключе.

Совершенно очевидно, что в интересах России реализовать первый сценарий. Поэтому при решении сложной калининградской проблемы необходимо действовать предельно точно, геополитически выверено и последовательно, не увлекаясь эмоциями и не поддаваясь на те шаги, меры и заявления, резкой реакции на которые хотят от нас добиться силы, претендующие на глобальный контроль и установление однополярного "нового мирового порядка".



АРКТОГЕЯ