геополитические тетради

МЕТАФИЗИКА КОНТИНЕНТОВ

 

Александр Дугин  

ОТ САКРАЛЬНОЙ ГЕОГРАФИИ

К ГЕОПОЛИТИКЕ

часть II

 

Восток и Запад в сакральной географии

Стороны Света в контексте сакральной географии имеют особую качественную характеристику. В различных традициях и в различные периоды этих традиций картина сакральной географии может меняться в соответствии с циклическими фазами развития данной традиции. При этом часто варьируется и символическая функция Сторон Света. Не вдаваясь в подробности, можно сформулировать наиболее универсальный закон сакральной географии применительно к Востоку и Западу. (Более детальный разбор этой темы см. в журнале “Милый Ангел” т.1 — Рене Генон “Атлантида и Гиперборея”, и А.Дугин “Мистерии Евразии”.)

Восток в сакральной географии на основании “космического символизма” традиционно считается “землей Духа”, землей Рая, землей Полноты и Изобилия, родиной Сакрального в наиболее полном и совершенном виде. В частности, эта идея имеет свое отражение в тексте Библии, где речь идет о восточном расположении “Райского Сада”. Точно такое понимание свойственно и другим авраамическим традициям (исламу и иудаизму), а также многим неавраамическим традициям — китайской, индуистской и иранской. “Восток — это обитель богов”, гласит сакральная формула древних египтян, и само слово “восток” (по-египетски “нетер”) означало одновременно и “бога”. С точки зрения природного символизма, Восток — место, где восходит, “вос-текает” солнце, Свет Мира, материальный символ Божества и Духа.

Запад имеет прямо противоположный символический смысл. Это, напротив, “страна смерти”, “мир мертвых”, “зеленая страна” (как называли ее древние египтяне). Запад — “царство изгнания”, “колодец отчуждения” по выражению исламских мистиков. Запад — это “анти-Восток”, страна “заката”, упадка, деградации, перехода из проявленного в непроявленное, из жизни в смерть, от полноты к нищете и т.д. Запад — место, где заходит солнце, где оно “за-падает”.

В соответствии с данной логикой естественного космического символизма древние традиции организовывали свое “священное пространство”, основывали свои культовые центры, погребения, храмы и постройки, осмысливали природные и “цивилизационные” особенности географических, культурных и государственных территорий планеты. Таким образом, сама структура миграций, войн, походов, демографических волн, имперостроительства и т.д. определялась изначальной, парадигматической логикой сакральной географии. По оси Восток-Запад выстраивались народы и цивилизации, обладавшие иерархическими характеристиками — чем ближе к Востоку, тем ближе к Сакральному, к Традиции, к духовному изобилию. Чем ближе к Западу, тем больше упадок, деградация и омертвление Духа. Конечно, эта логика не была абсолютной, но в то же время, не была она и второстепенной и относительной — как ошибочно считают сегодня многие “профанические” исследователи древних религий и традиций. На самом деле, сакральная логика и следование космическому символизму были намного более осознанными, осмысленными и действенными у древних народов, нежели это принято считать сегодня. И даже в нашем анти-сакральном мире, на уровне “бессознательного” почти всегда архетипы сакральной географии сохраняются в целостности и пробуждаются в самые важные и критические моменты социальных катаклизмов.

Итак, сакральная география утверждает однозначно закон “качественного пространства”, в котором Восток представляет собой символический “онтологический Плюс”, а Запад — “онтологический Минус”. Согласно китайской традиции, Восток — это ян, мужской, световой, солнечный принцип а Запад — это инь, женский, темный, лунный принцип.

 

Восток и Запад в современной геополитике

Теперь посмотрим, как эта сакрально-географическая логика отражается в геополитике, которая, будучи наукой сугубо современной, фиксирует лишь фактическое положение дел, оставляя за кадром сугубо сакральные принципы.

Геополитика в ее изначальной формулировке у Ратцеля, Челлена и Макиндера (а позже у Хаусхофера и русских евразийцев) отталкивалась как раз от особенностей различных типов цивилизаций и государств в зависимости от их географического расположения. Геополитики зафиксировали факт фундаментальной разницы между “островными” и “континентальными” державами, между “западной”, “прогрессивной” цивилизацией и “восточной”, “деспотической” и “архаической” культурной формой. Поскольку вопрос о Духе в его метафизическом и сакральном понимании в современной науке вообще никогда не ставится, то геополитики оставляют его в стороне, предпочитая оценивать ситуацию в других, более современных терминах, нежели понятия “сакрального” и “профанического”, “традиционного” и “анти-традиционного” и т.д. Таким образом, качественная структура ВостокЗапад в контексте сакральной географии становится у современных геополитиков новой парадигмой.

Геополитики фиксируют принципиальное различие государственного, культурного и индустриального развития регионов Востока и регионов Запада в последние века. Картина получается следующая. Запад является центром “материального” и “технологического” развития. На культурно-идеологическом уровне в нем преобладают “либерально-демократические” тенденции, индивидуалистическое и гуманистическое мировоззрение. На экономическом уровне приоритет отдается торговле и технической модернизации. Именно на Западе впервые появились теории “прогресса”, “эволюции”, “поступательного развития истории”, совершенно чуждые традиционному миру Востока (и тем периодам истории Запада, когда и на нем существовала полноценная сакральная традиция, как, в частности, это имело место в Средневековье). Принуждение на социальном уровне на Западе приобретало чисто экономический характер, а Закон Идеи и Силы постепенно сменялся Законом Денег. Постепенно специфика “идеологии Запада” отлилась в универсальную формулу “идеология прав человека”, которая стала доминирующим принципом самого западного региона планеты — Северной Америки, и в первую очередь, США. На индустриальном уровне этой идеологии соответствовала идея “развитых стран”, а на экономическом уровне — концепция “свободного рынка”, “экономического либерализма”. Вся совокупность этих характеристик, с добавлением чисто военного, стратегического объединения разных секторов цивилизации Запада, определяется сегодня понятием “атлантизм”. В прошлом веке геополитики говорили об “англо-саксонском типе цивилизации” или о “капиталистической, буржуазной демократии”. В этом “атлантистском” типе нашла свое наиболее чистое воплощение формула “геополитического Запада”.

Геополитический Восток представляет собой прямую противоположность геополитическому Западу. Вместо модернизации экономики на нем преобладают традиционные, архаические формы производства корпоративного, цехового типа (“развивающиеся страны”). Вместо экономического принуждения государство пользуется чаще всего “нравственным” или просто физическим принуждением (Закон Идеи и Закон Силы). Вместо “демократии” и “прав человека” Восток тяготеет к тоталитаризму, социализму и авторитаризму, т.е. к различным типам социальных режимов, единых лишь в том, что в центре их систем стоит не “индивидуум”, “человек” со своими “правами” и своими сугубо “индивидуальными ценностями”, но нечто внеиндивидуальное, внечеловеческое — будь-то “общество”, “нация”, “народ”, “идея”, “мировоззрение”, “религия”, “культ вождя” и т.д. Западной либеральной демократии Восток противопоставлял самые различные типы нелиберальных, неиндивидуалистических обществ — от авторитарных монархий, до теократии или социализма. Причем, с чисто типологической, геополитической точки зрения, политическая специфика того или иного режима была вторичной по сравнению с качественным делением на “западный” (=“индивидуалистически-торговый”) строй и на строй “восточный” (=“внеиндивидуалистически-силовой”). Типичными формами такой анти-западной цивилизации являлись СССР, коммунистический Китай, Япония до 1945-го года или Иран Хомейни.

Любопытно заметить, что Рудольф Челлен, автор, впервые употребивший сам термин “геополитика”, так иллюстрировал различие между Западом и Востоком. “Типичная приговорка американца, — писал Челлен, — это “go ahead”, что дословно означает “вперед”. В этом отражается внутренний и естественный геополитический оптимизм и “прогрессизм” американской цивилизации, являющейся предельной формой западной модели. Русские же обычно повторяют слово “ничево” (по-русски в тексте Челлена — А.Д.). В этом проявляются “пессимизм”, “созерцательность”, “фатализм” и “приверженность традиции”, свойственные Востоку”.

Если вернуться теперь к парадигме сакральной географии, то мы увидим прямое противоречие между приоритетами современной геополитики — такие понятия как “прогресс”, “либерализм”, “права человека”, “торговый строй” и т.д. стали сегодня для большинства положительными терминами — и приоритетами сакральной географии, оценивающей типы цивилизации с совершенно противоположной точки зрения — такие понятия как “Дух”, “созерцание”, “покорность Сверхчеловеческой Силе или Сверхчеловеческой Идее”, “идеократия” и т.д. в сакральной цивилизации были сугубо позитивными и до сих пор остаются таковыми для народов Востока на уровне их “коллективного бессознательного”. Таким образом, современная геополитика (за исключением русских евразийцев, германских последователей Хаусхофера, исламских фундаменталистов и т.д.) оценивает картину мира прямо противоположным образом, нежели традиционная сакральная география. Но при этом обе науки сходятся в описании фундаментальных закономерностей географической картины цивилизации.

(продолжение следует)

часть первая

 

АРКТОГЕЯ

ARIES

ВТОРЖЕНИЕ

ЭЛЕМЕНТЫ

СОДЕРЖАНИЕ №3